Интервью

История и технологии Алексей Емельянов о «своих и чужих» материалах и решениях для реставрации


Пелагия Замятина/газета «Вечерняя Москва»

С 30 ноября по 3 декабря в Москве в историческом здании типографии Ивана Сытина на Пятницкой улице проходит вторая выставка «ПРОреставрацию. Импортозамещение в реставрационных материалах и технологиях». Первая выставка состоялась в центре современного искусства «Винзавод» ровно год назад, ее посетили 6 тыс. человек; в рамках мероприятия прошли круглые столы, презентации, творческие мастер-классы и студенческий конкурс. Главное — выставка оказалась востребованной среди профессионального сообщества, инвесторов, ее участники заявили о себе, презентовали новые технологические решения, установили контакты.

Актуальность выставки по-прежнему высока: реставраторы продолжают работать в условиях ограниченного доступа к иностранным технологиям и материалам. При этом за два года только в столице отреставрировано более 400 памятников архитектуры.

Сложно ли работать реставраторам в новой реальности? Об этом перед открытием выставки «Стройгазета» поговорила с руководителем Департамента культурного наследия Москвы Алексеем ЕМЕЛЬЯНОВЫМ.

Алексей Александрович, для начала расскажите о предстоящей выставке.

В этом году на выставке запланировано 200 мероприятий деловой программы, мастер-классов для взрослых посетителей и детей. При этом расширилась не только программа, но и площади — экспозиция развернулась на 4,5 тыс. квадратных метров, здесь российские производители презентуют более 100 передовых решений и технологий для сохранения памятников архитектуры, а около 30 отечественных поставщиков — новейшие разработки. Будет представлено более 20 материалов российского производства, таких как метлахская плитка и стеклоблоки Фальконье. У нас выпускаются качественные отечественные сухие смеси, терразитовая штукатурка, керамическая плитка, краски для фасадов и интерьеров, материалы для докомпоновки керамики, изготовления полов терраццо и другие.

Какие этапы реставрационного процесса сейчас наиболее импортозависимы?

Я хотел бы начать с того, что в нашей стране и в Москве в частности достаточно ресурсов, технологий и мощностей, чтобы обеспечить эффективную работу специалистов реставрационной отрасли. Именно поэтому масштабная реставрационная программа, запущенная по инициативе мэра в 2011 году, не приостанавливается, несмотря ни на что, а наоборот, только набирает темпы.

Ежегодно в работе у столичных реставраторов более 500 памятников истории и культуры, на более чем 200 из них работы завершаются. В 2023 году мы перешагнули знаковый рубеж — более 2 тыс. отреставрированных объектов культурного наследия (ОКН) с 2011 года: усадьбы, доходные дома, объекты промышленной архитектуры и культового зодчества. Большинство из них сохраняет свое историческое назначение. Многие приспосабливаются к современному использованию и начинают новую жизнь — в них работают люди, открываются музейные пространства, кафе, творческие и научные мастерские.

Количество объектов, находящихся в неудовлетворительном состоянии, сократилось в 7,6 раз (с 1 325 в 2010-м до 175 в настоящее время). Доля ОКН в хорошем и удовлетворительном состоянии выросла с 61% в 2010 году до 96,5%.

Следует отметить, что доля импортных компонентов и технологий в реставрационных работах на протяжении нескольких последних лет сокращалась и к 2022 году стала незначительной. В основном это диагностическая и аналитическая аппаратура, применяемая на этапе обследования реставрируемых объектов, плюс некоторые специфические полимерные составы, химические добавки для изменения, улучшения свойств используемых компонентов и придания материалам характеристик, требующихся для конкретного объекта реставрации. Выделить точный процент участия импортных материалов в процессах реставрации довольно сложно. В любом случае, еще раз подчеркну: сейчас нет существенной зависимости от импортных материалов и оборудования.

А какими своими достижениями мы сегодня богаты?

Отечественные поставщики успешно применяют в столице новейшие разработки, например, при возвращении исторического облика павильонам ВДНХ. При реставрации павильона №5 «Физика» специалисты использовали российские материалы для воссоздания люстр и витражей, стекло для них отливалось в отечественных мастерских.

Чтобы отремонтировать фонтан перед павильоном №30 «Микробиологическая промышленность», до реставрации находившийся в руинированном состоянии, специалисты в лабораториях Московского химико-технологического института смогли восстановить состав элементов, входивших в глазурь изразцов. Для этого пришлось воссоздать целое производство. Еще один пример — стеклянные блоки Фальконье. В столице сохранилось много памятников архитектуры с данным видом остекления. Технология производства таких блоков была утрачена, но специалистам удалось ее возродить. Такие блоки использовались, например, при реставрации усыпальницы крупнейших предпринимателей конца XIX века — семейства Кноп — на Введенском кладбище.

Как ситуация в целом повлияла на российских производителей? Достаточный ли объем необходимых материалов сегодня производится, нет ли дефицита?

Каких-то существенных изменений не произошло. Так сложилось, что не все отечественные производители уделяют необходимое внимание вопросам продвижения своей продукции, находящимся, как правило, на втором или даже третьем плане. Некоторые компании, способные прекрасно справиться при реставрации памятника архитектуры с задачей восстановления по сохранившимся образцам того или иного элемента, например, плитки пола тераццо, предпочитают оставаться в тени. Такие выставки, как «ПРОреставрацию. Импортозамещение в реставрационных материалах и технологиях», как раз и направлены на то, чтобы о российских производителях и их технологиях узнавало как можно больше заинтересованных в сохранении наследия.

Отдельный вопрос, требующий внимания, — обеспечение отрасли реставрационным инвентарем и лабораторным оборудованием. Например, пробоотборники для цемента и сыпучих материалов, инъекционные колонки для оценки проникающей способности инъекционных смесей, оборудование по оценке ремонтных смесей выпускаются только иностранными производителями. Соответствующие ГОСТы написаны при участии компаний, которые занимаются продажей, в том числе импортной продукции. Именно поэтому важно переходить на нормирование требований к материалам и технологиям в реставрации, основываясь на отечественных стандартах, предусматривающих применения отечественного оборудования.

Как я сказал ранее, в России и в Москве достаточно собственных технологий, ресурсов и мощностей для эффективной работы в сфере реставрации. Мне не известно ни об одном случае, когда реставрационная компания не смогла закончить работы из-за санкций или отсутствия каких-то материалов или оборудования.

Пришли ли к нам новые материалы из «дружественных» стран? Какие? Насколько качественные? Нет ли нареканий у реставраторов?

Мы всегда с удовольствием обмениваемся опытом и готовы к сотрудничеству с нашими зарубежными коллегами. Эксперты из Китая, Таджикистана выступили на пленарной сессии нашего VI форума «Наследие», мы обсудили перспективы развития реставрационной отрасли и попытались найти баланс между аутентичностью и современностью.

Во второй выставке «PROреставрацию. Импортозамещение в реставрационных материалах и технологиях» принимают участие эксперты из 14 «дружественных» стран: Азербайджана, Армении, Ирана, Китая, Кореи, Мали, Саудовской Аравии, Турции, Узбекистана и других. Эксперты выступят в деловой части и расскажут о своих проектах комплексного сохранения объектов культурного наследия, некоторые даже презентуют свои технологии, как, например, Иран — на выставке реставраторы из этой страны покажут технологию реставрации ковров.

Также сейчас мы совместно с коллегами из Белоруссии, Индии, Ирана, Китая проводим исследование по международному опыту охраны памятников.

Корректировалась ли стоимость реставрационных работ в связи со сменой отдельных материалов и компонентов?

Сметные нормы и расценки, утвержденные столичным правительством, не изменились. При этом ежемесячно применяется коэффициент обновления к стоимости материалов. Смена материалов и недоступность привычных обычно стимулируют научную мысль. Что происходит у нас? Чем можем похвастаться?

В России мощная научная база, в том числе и в реставрационной отрасли. Так, научные институты РАН, со своей стороны, разрабатывают новые методы исследования. Ученые Института ядерных исследований, например, вместе с реставраторами в этом году работали в Успенском соборе Московского Кремля. Они провели цифровую реконструкцию с помощью портативного прибора неразрушающего рентгенофлуоресцентного анализа, чтобы понять, как менялся цвет фресок. Кстати, в рамках выставки Московский музей современного искусства презентует «Комплекс физико-химических методов исследования живописных материалов Научно-исследовательской лаборатории ММОМА. Предреставрационные исследования».

Компанией «РУНИТ» был запатентован способ модификации известкового вяжущего, позволяющий существенно улучшить технологические и эксплуатационные свойства реставрационных растворов, произведенных по технологии сухих смесей.

Сотрудники лаборатории изучения культурного наследия ИТМО создали полуколичественную методику, основанную на инфракрасной спектроскопии. С помощью новой разработки можно за полминуты решить сразу несколько задач: установить химический состав картины и определить столетие, в котором были нанесены конкретные слои краски. Методика поможет ученым и искусствоведам понять, подлинное ли перед ними полотно, подвергалось ли оно каким-либо реставрационным вмешательствам, а также найти в масляных красках пигменты и связующие вещества, характерные для творчества художника.

И это далеко не все научные разработки, поэтому могу с уверенностью сказать, что похвастаться нам точно есть чем.

Алексей ЕМЕЛЬЯНОВ, руководитель Департамента культурного наследия Москвы:

«В России и в Москве достаточно технологий, ресурсов и мощностей для эффективной работы в сфере реставрации»

По материалам

Нажмите, чтобы оценить статью!
[Итого: 0 Среднее значение: 0]

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»